Конституционный суд - об увольнении лиц, работающих с детьми

Дата: 
03/01/2015
увольнение

С момента внесения дополнений в ст. 331 и 351.1 ТК РФ, касающихся ограничений на занятие педагогической или иной деятельностью с участием несовершеннолетних, под увольнение попало довольно много работников, в том числе имевших погашенную или снятую судимость. Применение новых положений послужило причиной обращения уволенных работников с жалобой о несоответствии Конституции РФ данных положений Трудового кодекса. В статье расскажем, на чем основывался Конституционный суд в Постановлении от 18.07.2013 N 19-П, рассматривая жалобы граждан.

Обстоятельства дела

В Конституционный суд обратились десять граждан и Мурманская областная Дума. В силу того, что жалобы граждан и запрос думы касались одного и того же предмета, они были объединены в одно производство. А предметом рассмотрения явились п. 13 ч. 1 ст. 83, абз. 3 ч. 2 ст. 331 и ст. 351.1 ТК РФ в той мере, в какой на их основании решается вопрос о возможности заниматься педагогической деятельностью, а также иной профессиональной деятельностью в сфере образования, воспитания, развития несовершеннолетних, организации их отдыха и оздоровления, медицинского обеспечения, социальной защиты и социального обслуживания, в сфере детско-юношеского спорта, культуры и искусства с участием несовершеннолетних у лиц, имеющих или имевших судимость, лиц, уголовное преследование в отношении которых прекращено по нереабилитирующим основаниям, и лиц, подвергающихся или подвергавшихся уголовному преследованию (за исключением лиц, уголовное преследование в отношении которых прекращено по реабилитирующим основаниям) за совершение перечисленных в абз. 3 ч. 2 ст. 331 и ст. 351.1 ТК РФ преступлений, в том числе в случаях, когда судимость снята или погашена.

Со всеми обратившимися гражданами были прекращены трудовые отношения по основанию, предусмотренному п. 13 ч. 1 ст. 83 ТК РФ, - в связи с наличием ограничений на занятие трудовой деятельностью, а именно наличием судимости.

Не согласные с таким увольнением работники обращались в суд, требуя восстановить их на работе, но в удовлетворении исковых требований всем уволенным было отказано. Обратившиеся за защитой своих прав в Конституционный суд заявители считают, что п. 13 ч. 1 ст. 83, ч. 2 ст. 331 и ст. 351.1 ТК РФ в их взаимосвязи не соответствуют Конституции РФ, поскольку:

1. Устанавливают запрет на занятие педагогической деятельностью для лиц, подвергающихся уголовному преследованию за определенные преступления, и налагают на работодателя - в нарушение ст. 49 Конституции РФ - обязанность уволить педагога, в отношении которого начато уголовное преследование, еще до признания его виновным вступившим в законную силу приговором суда, не учитывая при этом презумпцию невиновности.

2. Вводят дополнительные ограничения в виде пожизненного запрета на занятие педагогической деятельностью для лиц, судимость которых снята или погашена, а также для лиц, уголовное преследование в отношении которых было прекращено по нереабилитирующим основаниям, несмотря на то, что такие лица судимости не имеют.

3. Вводят запрет на профессию для тех лиц, уголовное преследование которых осуществлялось до вступления в силу изменений в ТК РФ, внесенных Федеральным законом от 23.12.2010 N 387-ФЗ "О внесении изменений в статью 22.1 Федерального закона "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" и Трудовой кодекс Российской Федерации" (далее - Закон N 387-ФЗ).

4. Устанавливают для лиц, совершивших преступление, пожизненный запрет на занятие профессиональной деятельностью в указанных сферах без учета тяжести совершенного преступления, давности его совершения, характера выполняемой работы.

Чем руководствовался суд?

Российская Федерация - правовое и социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека, охраняются труд и здоровье людей. Конституция РФ в числе основных прав и свобод человека признает свободу труда, а также право каждого свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию и гарантирует равенство прав и свобод человека и гражданина (ст. 17, 19, 37).

Однако в силу ч. 3 ст. 55 Конституции РФ такое право граждан может быть ограничено федеральным законом.

Правовое регулирование в сфере государственной защиты прав несовершеннолетних должно в приоритетном порядке гарантировать им защиту достоинства личности, прав на жизнь, свободу и личную неприкосновенность, что предполагает, в частности, наличие законодательных мер, направленных на обеспечение безопасности каждого ребенка от преступных посягательств и от неблагоприятного воздействия на его нравственность и психику, которое может существенным образом повлиять на развитие его личности, даже не выражаясь в конкретных противоправных деяниях.

Особая ответственность за сохранение жизни и здоровья несовершеннолетних, а также за их воспитание в условиях, обеспечивающих полноценное психическое, духовное, нравственное и физическое развитие, лежит помимо родителей, опекунов, попечителей на лицах, которые реализуют свое конституционное право на выбор рода деятельности и профессии в особой сфере, сопряженной с непосредственными и регулярными контактами с несовершеннолетними. В первую очередь это относится к педагогическим работникам, а также к лицам, осуществляющим уход за несовершеннолетними, их лечение или социальное обслуживание. Поскольку данные лица регулярно вступают с несовершеннолетними в непосредственный контакт и несут повышенную ответственность за их безопасность, они не должны представлять угрозы их жизни, здоровью и нравственности.

Исходя из этого законодатель, осуществляя правовое регулирование в указанной сфере, вправе устанавливать необходимые ограничения в отношении доступа к соответствующей деятельности лиц, поведение и морально-нравственные качества которых могут свидетельствовать о наличии угрозы для жизни, физического и психического здоровья, нравственности несовершеннолетних. В частности, был установлен запрет на занятие профессиональной деятельностью, связанной с непосредственными и регулярными контактами с несовершеннолетними, для лиц, совершивших определенные преступления. Для установления этого ограничения Законом N 387-ФЗ в ТК РФ были внесены соответствующие изменения, которые вступили в силу 7 января 2011 года.

Положения абз. 3 ч. 2 ст. 331 и ст. 351.1 ТК РФ предусматривают бессрочный и безусловный запрет на занятие профессиональной деятельностью в указанных сферах для лиц, которые имеют судимость либо судимость с которых снята или погашена, признанных виновными в совершении тяжких и особо тяжких преступлений, а также преступлений средней и небольшой тяжести, виды которых перечислены в данных законоположениях, равно как и лиц, подвергавшихся за такие преступления уголовному преследованию, если оно прекращено по нереабилитирующим основаниям, и лиц, уголовное преследование в отношении которых не окончено и приговор не вынесен. Данные законоположения независимо от тяжести преступления, установленного вступившим в законную силу приговором суда (даже если впоследствии судимость снята или погашена), не могут рассматриваться как не соответствующие Конституции РФ.

Поскольку невозможно гарантировать надлежащее исправление лица, совершившего преступление, законодатель был вправе ограничить доступ к педагогической и иной профессиональной деятельности в перечисленных сферах лиц, имеющих или имевших судимость за совершение тяжких и особо тяжких преступлений из числа указанных в ст. 331 и 351.1 ТК РФ, а также преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности, сам факт совершения которых свидетельствует об опасности, которую эти лица могут представлять для жизни, здоровья и нравственности несовершеннолетних.

Вместе с тем отнюдь не все из перечня видов преступлений, закрепленных в абз. 3 ч. 2 ст. 331 и ст. 351.1 ТК РФ (например, предусмотренное ч. 1 ст. 215 УК РФ "Нарушение правил безопасности на объектах атомной энергетики"), в равной мере могут быть увязаны с невозможностью осуществления совершившими их лицами профессиональной деятельности, предполагающей регулярные и непосредственные контакты с несовершеннолетними.

Прекращение уголовного преследования по нереабилитирующим основаниям само по себе не исключает потенциальную опасность лица, в отношении которого уголовное преследование не было доведено до вынесения судом приговора.

Кроме того, при оценке положений п. 13 ч. 1 ст. 83, абз. 3 ч. 2 ст. 331 и ст. 351.1 ТК РФ следует учитывать, что, не возражая против прекращения уголовного преследования по нереабилитирующему основанию, лицо, подозревавшееся или обвинявшееся в совершении преступления до вступления Закона N 387-ФЗ в силу, не могло предвидеть последствий процессуальной позиции, которую оно занимало во время производства по уголовному делу, для своей трудовой деятельности.

Взаимосвязанные положения указанных статей ТК РФ не учитывают и специфику прекращения уголовного преследования по нереабилитирующим основаниям по делам частного обвинения, которые возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего и в случае примирения потерпевшего с обвиняемым подлежат прекращению. Законодатель исходил из того, что такие преступления относятся к числу не представляющих значительной общественной опасности (Постановление КС РФ от 27.06.2005 N 7-П).

Положения ст. 83, 331 и 351.1 ТК РФ предполагают безусловное увольнение любого привлекавшегося к уголовной ответственности лица и за совершение любого из указанных в данных положениях преступлений, в том числе лица, заключившего трудовой договор до вступления в силу Закона N 387-ФЗ, и даже лиц, судимость которых снята или погашена либо уголовное преследование в отношении которых прекращено по нереабилитирующим основаниям до вступления в силу Закона N 387-ФЗ и которые зарекомендовали себя как добросовестные работники, добились значительных трудовых успехов и не были замечены в попытках причинить вред несовершеннолетним, жестоком обращении с ними или в аморальном поведении.

При рассмотрении исковых требований таких работников о восстановлении на работе или изменении формулировки причины увольнения суд в силу императивности нормы п. 13 ч. 1 ст. 83 ТК РФ не может учесть всех связанных с увольнением обстоятельств и вправе проверить лишь соблюдение процедуры увольнения. При этом формальное подтверждение одного только факта привлечения уволенного работника к уголовной ответственности за совершение любого из перечисленных в абз. 3 ч. 2 ст. 331 и ст. 351.1 ТК РФ преступлений, несмотря на то что его судимость к моменту увольнения была снята или погашена либо уголовное преследование прекращено по нереабилитирующим основаниям, является достаточным для отказа в удовлетворении исковых требований (что подтверждается судебными решениями, принятыми в отношении граждан - заявителей по рассматриваемому делу).

Соответственно, суд не имеет возможности принять во внимание вид и степень тяжести совершенного преступления, форму вины, поведение лица после совершения преступления, давность совершения преступления и иные факторы, имеющие значение для оценки возможности продолжения этим лицом педагогической и иной профессиональной деятельности в определенных сферах. В результате работники, уволенные по п. 13 ч. 1 ст. 83 ТК РФ, имеют возможность обжаловать только саму процедуру увольнения, но не его основание. В таком же положении оказываются и лица, которым отказано в приеме на работу.

Общее и безусловное ограничение права на занятие педагогической или иной профессиональной деятельностью в сфере образования и воспитания несовершеннолетних для лиц, в отношении которых осуществляется уголовное преследование (вне зависимости от того, каким результатом оно завершится), не согласуется со ст. 49 Конституции РФ, в соответствии с которой каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда, а также не отвечает общеправовым принципам справедливости, равенства и соразмерности ограничений прав и свобод.

Несмотря на то что стремление законодателя оградить несовершеннолетних от риска подвергнуться преступным посягательствам или психологическому давлению со стороны лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления, согласуется с конституционно признаваемыми целями возможных ограничений прав и свобод человека и гражданина, возможно применение других мер, предусмотренных законодательством, помимо увольнения, например отстранение от должности.

В силу закрепленных Конституцией РФ принципов справедливости, юридического равенства и конституционной законности правоприменительные органы, в том числе суды, при применении взаимосвязанных положений п. 13 ч. 1 ст. 83, абз. 3 ч. 2 ст. 331 и ст. 351.1 ТК РФ должны учитывать положения уголовного закона, устраняющие или смягчающие уголовную ответственность и определяющие характер и степень общественной опасности тех или иных преступления и правовой статус лиц, их совершивших.

В противном случае лица, подвергнутые уголовному преследованию и осуждению до принятия закона, устраняющего уголовную ответственность, подпадали бы под установленные в Трудовом кодексе ограничения, находясь в неравном положении с теми лицами, которые совершили аналогичные деяния после вступления в силу нового закона, исключающего возможность уголовного преследования и осуждения данных лиц по приговору суда, и на которых установленные трудовым законодательством ограничения уже не распространялись бы.

Таким образом, взаимосвязанные положения п. 13 ч. 1 ст. 83, абз. 3 ч. 2 ст. 331 и ст. 351.1 ТК РФ в той мере, в какой эти положения допускают наступление предусмотренных ими неблагоприятных последствий в связи с совершением лицом деяния без учета его законодательной оценки в новом законе, устраняющем уголовную ответственность, не соответствуют Конституции РФ.

Суд постановил...

...признать взаимосвязанные положения п. 13 ч. 1 ст. 83, абз. 3 ч. 2 ст. 331 и ст. 351.1 ТК РФ не противоречащими Конституции РФ в той мере, в какой данные законоположения означают, что к занятию педагогической деятельностью, а также иной профессиональной деятельностью в сфере образования, воспитания, развития несовершеннолетних, не допускаются (а работавшие на момент вступления в силу Закона N 387-ФЗ - подлежат увольнению):

- лица, имеющие судимость за совершение указанных в абз. 3 ч. 2 ст. 331 и ст. 351.1 ТК РФ преступлений;

- лица, имевшие судимость за совершение тяжких и особо тяжких из числа указанных в данных законоположениях преступлений, а также преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности;

- лица, имевшие судимость за совершение иных указанных в данных законоположениях преступлений, а также лица, уголовное преследование в отношении которых по обвинению в совершении указанных в данных законоположениях преступлений прекращено по нереабилитирующим основаниям, - постольку, поскольку на основе оценки опасности таких лиц для жизни, здоровья и нравственности несовершеннолетних обеспечивается соразмерность введенного ограничения целям государственной защиты прав несовершеннолетних.

При этом решено признать взаимосвязанные положения п. 13 ч. 1 ст. 83, абз. 3 ч. 2 ст. 331 и ст. 351.1 ТК РФ не соответствующими Конституции РФ в той мере, в какой данные законоположения вводят безусловный и бессрочный запрет на занятие педагогической деятельностью, а также иной профессиональной деятельностью в сфере образования, воспитания, развития несовершеннолетних и, соответственно, предполагают безусловное увольнение лиц, имевших судимость (а равно лиц, уголовное преследование в отношении которых прекращено по нереабилитирующим основаниям) за совершение иных указанных в данных законоположениях преступлений, кроме тяжких и особо тяжких преступлений, а также преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности, не предусматривая при этом необходимость учета вида и степени тяжести совершенного преступления, срока, прошедшего с момента его совершения, формы вины, обстоятельств, характеризующих личность (в том числе поведения лица после совершения преступления, отношения к исполнению трудовых обязанностей), и иных факторов, позволяющих определить, представляет ли конкретное лицо опасность для жизни, здоровья и нравственности несовершеннолетних, чем несоразмерно ограничивают право таких лиц на свободное распоряжение своими способностями к труду и нарушают баланс конституционно значимых ценностей.

А также данные законоположения признаны не соответствующими ч. 1 ст. 37, ч. 1 ст. 49 и ч. 3 ст. 55 Конституции РФ в той мере, в какой они:

- предусматривают обязательное и безусловное прекращение трудового договора с работником, осуществляющим педагогическую или иную профессиональную деятельность в сфере образования, воспитания, развития несовершеннолетних, если это лицо подвергается уголовному преследованию за указанные преступления, до разрешения уголовного дела по существу или до завершения производства по уголовному делу;

- допускают наступление предусмотренных ими неблагоприятных последствий в связи с совершением лицом деяния, которое на момент решения вопроса о приеме на работу или об увольнении не признается преступлением.

Конституционный суд постановил:

- внести в Трудовой кодекс изменения в части ограничений на занятие педагогической деятельностью, а также иной профессиональной деятельностью в сфере образования, воспитания, развития несовершеннолетних;

- установить перечень видов преступлений, сам факт совершения которых дает основание утверждать, что совершившие такие преступления лица представляют безусловную опасность для жизни, здоровья и нравственности несовершеннолетних.

До внесения необходимых изменений к педагогической и иной деятельности в сфере образования, воспитания, развития несовершеннолетних не могут допускаться (а работающие подлежат увольнению) лица, имеющие судимость за совершение указанных в абз. 3 ч. 1 ст. 331 и 351.1 ТК РФ преступлений, и лица, имевшие судимость за совершение тяжких и особо тяжких из числа указанных, а также преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности.

Кроме этого, Конституционный суд сообщил, что законодатель может установить порядок временного отстранения от исполнения трудовых обязанностей лица, занимающегося педагогической деятельностью, а также иной профессиональной деятельностью в сфере образования, воспитания, развития несовершеннолетних, если это лицо подозревается или обвиняется в совершении преступлений, указанных в ст. 331 и 351.1 ТК РФ, до разрешения уголовного дела по существу или до завершения производства по уголовному делу. До внесения соответствующих изменений временное отстранение таких лиц от работы осуществляется в порядке, определенном ст. 114 УПК РФ и ст. 76 ТК РФ, если есть основания полагать, что работник представляет собой потенциальную опасность для жизни, здоровья и нравственности несовершеннолетних.

Что касается заявителей, решения, вынесенные в их отношении, подлежат пересмотру в установленном порядке.

Категория: